?

Log in

No account? Create an account

Объявление

В общем, я попыталась, но поняла, что поддерживать больше двух площадок выше моих сил. Поэтому окончательно ЗДЕСЬ ЗАКРЫТО. Все записи остаются на месте, но новых здесь не будет, простите. Спасибо этому дому, когда-то мне было тут хорошо, но это больше не так. Буду рада всем, кто найдет меня в нынешних местах обитания.
Моя страница в Фейсбуке: https://www.facebook.com/profile.php?id=100011434099002
Моя страница В контакте: https://vk.com/lingua_stulta

Детка говорит

Янка вместе со мной смотрела последний эпизод про Четвертого Доктора. Перевод субтитрами, так что девочке доступен только видеоряд. Янкин комментарий по ходу: "А это что, злодей, да? Злодей, ты плохой! Ты вот сейчас, злодей, пойдешь прогуляться, а на тебя лава из вулкана — бдыщ! И ты поджаришься! Потому что вулкан горячущий! Вот так тебе, злодейский Мастер! Будешь знать, как тут по-английски разговаривать!"

"А вирусы бешенства я вижу прямо глазами! И я беру и убиваю их! Прямо лопатой! Желтой, красной и фиолетовой! Как муху!"

Лежит в кровати и поет: "И вдрууууг стрелаааа пронзила мое несчаааастное сеееердцееее! Ооооо, ооооо, мотоцикл добротыыыыы!"

Янка: А это что?
Я: Это облетевшие семена.
Янка: Ну тогда вот этот облетевший Семён я заберу с собой.

"Боже, Боже, что случилось?
Отчего же все кругом
Завертелось, закружилось
И помчалось… ээээ… голяком?"

Помогаю Янке залезть на кровать (она у нее под потолком), потому что в руках у нее куча крылатых лошадок.
Янка: Детка, тебе не тяжело ли?

Страшно любит серию книжек Оуэна Дэйви — "Без ума от акул", "Без ума от обезьян", "Без ума от кошек". Просит: "Почитай мне еще про кошек без ума!".

Tags:

* * *

Проснешься, опомнишься, выдохнешь,
Посмотришь в окно — рассвело…
Все тянешь-потянешь, не вытянешь,
Упрешься ладонью в стекло —

Колючее, битое, острое,
Знакомое даже во сне.
Зачем вы приходите, господи?
Не наши, не здешние, не…

Стоишь обескровленный, помнящий,
Не верящий календарю.
Какой еще надо вам помощи,
Какой теплоты, говорю?

С какой неустроенной пристани
Твой взгляд ускользает во тьму —
Стальной, и кристальный, и пристальный,
Невидимый там никому.

Tags:

Что нашла-то...

Читерство, однако!

Ау!

Скажите, а здесь совсем тишина и запустение, да?
Имеет ли смысл дублировать сюда фейсбук — или никто уже не читает этот журнал?

* * *

он рос болезненной мелюзгой
не терпящей знатных драк
в разборках рохля в игре изгой
посмешище и дурак
сидел над книжками круглый год
черкал на полях слова
о чем то думал смешной урод
бессонная голова
смеялся криво нехорошо
крошил в тонких пальцах мел
и ворон пришел за его душой
но взять ее не сумел

подростком вовсе сошел на нет
из дома не выходил
нелепый страшный нездешний свет
теснился в его груди
какой-то вечный нездешний звук
все звал его за собой
жалейка флейта варган дудук
валторна кларнет гобой
тянуло с улицы анашой
и прочим людским гнильем
и ворон пришел за его душой
но снова не взял ее

и вот он вырос большой большой
натянутый как струна
и ворон пришел за его душой
и сел у его окна
метнулась пыль от входной двери
аргентум сурьма свинец
и он сказал ну так что бери
бери уже наконец
бери сегодня тебе свезло
мне горько и горячо
но ворон только повел крылом
и сел на его плечо

и он увидел большую мглу
и черные облака
и он увидел себя в углу
младенца и старика
и он почувствовал изнутри
как рвущаяся в полет
его душа все горит горит
и мгла ее не берет
и ей не нужно ни вен ни жил
ни памяти ни хвалы
и ворон крикнул держи держи
но он уже не услы…

Tags:

* * *

Сколько было мне? Боже ты мой…
Лет тринадцать — ни силы, ни толку…
Я купила огромную елку —
И тащила по снегу домой.

Под ботинками чавкала грязь.
Было скользко. И сыро. И вечер.
Было Древо, и был человечек...
…Я не знаю, как я добралась.

Новый год прорастал впереди,
Проступал, как слова на скрижали.
Плечи ныли и пальцы дрожали.
Все смеялись, пекли, наряжали…
Мне казалось, что надо идти.

Боже, боже, мы так тяжелы,
Так нелепы в своей оболочке.
Эти наши пальтишки, сорочки,
Эти шарики, тосты, столы…

Каждый отзвук житья и жилья,
Мишура, золотое сфумато...
А она простояла до марта,
Невозможная елка моя.

А она все мерцает вдали,
Мой подарок, мое наказанье...
"Тяжеленная!" — глухо сказали,
Распилили, веревкой связали
И вот только тогда унесли.

Tags:

* * *

С чего мне начать? Допустим… Здравствуйте, Игорь Иваныч.
Просто нужно это сказать — из-под вечной тонны словесного грима.
Я только что уложила дочь, перед этим читала ей Чуковского на ночь —
И дочь угадывала, какая там будет рифма. 

Много лет назад вы пожелали мне "правильного несчастья",
Типа как Блок желал когда-то Георгию Иванову.
Что-то там было еще про вкус, про целое и его части —
Я уже плохо помню. Как будто из детства картинки рваные. 

Я, наверное, все-таки не поэт, потому что все вышло по слову вашему,
Потому что несчастье-то — вот оно, со всех сторон обступило.
Вот моя страна вспоминает привкус мясца Ивашкина,
Вот стучится в дома сапогом, обрушивает стропила. 

Вот родные люди говорят и творят странное, страшное,
Словно в кошмарном сне, где все чужие, как на вокзале.
И я стою соляным столбом, оглядываюсь ошарашенно —
И не то что стихи, но и просто речь моя исчезает,

Протекает сквозь пальцы, сливается с зыбкими голосами,
Точно так же в мороке утонувшими, сдавшимися заранее.
…Я не знаю, правда не знаю, как они все писали —
Настоящие, не молчащие. На войне, в лагерях, в изгнании…

Я не знаю, откуда была в них эта стальная сила,
Заставляющая слова пламенеть посреди расписного ада —
Как солнце внутри дурацкого жадного крокодила,
Как рифма, которую не угадаешь, да и не надо.

Tags:

* * *

...А были - как будто бы вправду нужны,
Влюблялись, сходили с ума…
Но в наших краях не бывает весны,
Поскольку все время зима.

Зимой - расцветают и вянут цветы,
Зимой - опадает листва.
Зимой, сотворенные из немоты,
Приходят чужие слова.

Приходят, садятся, глядят тяжело,
Узорами режут стекло,
Как будто их время и вправду пришло,
Как будто их время пришло.

Как будто ты взвешен, измерен… прощен…
Как будто вот-вот - и весна.
И мы продолжаем наивный отсчет…
Но снега у Господа много еще,
Так много, что хватит сполна.

Tags:

Украденные яблоки

Давным-давно, лет семнадцать назад, впервые прочитала это стихотворение — и полюбила навсегда. С автором мы потерялись, в сетях я ее не нашла. А строчки эти регулярно во мне звучат.

Ирина СЕРДЮКОВА
(г. Красный Сулин)

УКРАДЕННЫЕ ЯБЛОКИ

Был тесен миг начала и конца:
Сквозные грани, контуры и даты…
В погибели нелепого птенца
Ни белый кот, ни мы не виноваты.

Стыл яблочно-медовый тихий Спас,
И мы прощали небу цвет печали,
И Еву, так похожую на нас,
И всех, кого когда-то не прощали.

Прости и ты, Эдем… Рассвет. Тетрадь.
И анальгин с молитвословом рядом.
Но поздно жить и поздно умирать —
Еще осталась тайна глаз и взгляда.

Есть право быть и верить просто так,
Сомкнув ладони, в невозможность ада,
И в то, что воздух яблоком пропах,
Хотя нет яблок, осени и сада.

Есть мы — для всех. Мы — вымысел и быль.
И в этой жуткой связи бесполезны
Черты лица, невечность права быть
И губ солоноватый вкус железный.

И эта боль, что все-таки пройдет…
Когда устанем вслушиваться в отзвук
Шагов и лет, нас встретит белый кот,
Чтоб проводить в бездонный черный воздух.
Сколько читаю это стихотворение — столько хихикаю, одновременно пересчитывая мурашек в позвоночнике.

Александр Кушнер
СОВРЕМЕННИКИ

Никому не уйти никуда от слепого рока.
Не дано докричаться с земли до ночных светил!
Все равно, интересно понять, что “Двенадцать” Блока
Подсознательно помнят Чуковского “Крокодил”.
Как он там, в дневнике, записал: “Я сегодня гений”?
А сейчас приведу ряд примеров и совпадений.

Гуляет ветер. Порхает снег.
Идут двенадцать человек.

Через болота и пески
Идут звериные полки.

И счастлив Ваня, что пред ним
Враги рассеялись как дым.

Пиф-паф! — и буйвол наутек.
За ним в испуге носорог.

Пиф-паф! — и сам гиппопотам
Бежит за ними по пятам.

Трах-тах-тах! — И только эхо
Откликается в домах.

Но где же Ляля? Ляли нет!
От девочки пропал и след.

А Катька где? — Мертва, мертва!
Простреленная голова!

Помогите! Спасите! Помилуйте!

Ах ты, Катя, моя Катя
Толстоморденькая...

Крокодилам тут гулять воспрещается.

Закрывайте окна, закрывайте двери!

Запирайте етажи,
Нынче будут грабежи!

И больше нет городового.

И вот живой
Городовой
Явился вмиг перед толпой.

Ай, ай!
Тяни, подымай!

Фотография есть, на которой они вдвоем:
Блок глядит на Чуковского. Что это, бант в петлице?
Блок как будто присыпан золой, опален огнем,
Страшный Блок, словно тлением тронутый, остролицый.
Боже мой, не спасти его. Если бы вдруг спасти!
Не в ночных — в медицинских поддержку найти светилах!
Мир, кренись,
пустота, надвигайся,
звезда, блести!
Блок глядит на него, но Чуковский помочь не в силах.

Гаджеты моего детства

Все вспоминают свои первые мобильники, а я решила пойти еще дальше и вспомнить всякие устройства из моего детства. Пока искала картинки, столько воспоминаний нахлынуло! Радиола "Ригонда" - целый мир. Это и пластинки с музыкой (главное - Высоцкий! Большая пластинка восьмидесятого года, заслушанная до дыр, и несколько маленьких) и сказками ("А? Э! Так-то, дружок! В этом-то все и де-ело!"); и радио "Маяк", по которому я слушала какой-то многосерийный спектакль про Моцарта, который так и не нашла потом, и другие постановки; и фантастические названия городов на шкале настройки: Вена, Париж, Лондон, Берлин, Мадрид... Я потом находила их на карте мира и удивлялась: они не придуманные? Иногда, вертя ручку, я даже ловила какие-то обрывки слов на иностранных языках. Как с другой планеты.
Черно-белый телевизор "Рекорд". Собственно, он был черно-белым не всегда, а только когда вспоминал, что у него есть кинескоп. Большую часть времени он только разговаривал, но ничего не показывал. Потом включался на два-три дня - и снова гас. Но каждый раз, к моей огромной радости, он очухивался, когда показывали "Шерлока Холмса". Это было необъяснимо, но это было так. Каждый раз.

Читать дальше с картинкамиCollapse )

Поэзия - это сила!

Гуляла в четверг по Арбату в ожидании очередной великолепной лекции Оксаны Санжаровой. Дошла до памятника Окуджаве. Перед памятником стоит такой мешочек черный полиэтиленовый, а на нем наклеена распечатанная на принтере бумажка: "Мои живые стихи". Сдуру подошла, заглянула - там газеты какие-то. Тут подбегает ко мне мужичок (в дальнейшем будет именоваться пиитом) - и у нас происходит вот такой диалог.
Пиит: Вот! Вы заинтересовались, да? Заинтересовались?
Я: Ну...
Пиит: Музыкантам своим бренчанием на Арбате легко заработать, а вот попробуйте заработать настоящим, русским, живым словом! Я русский поэт! Правда, зовут меня Николя... Но это потому, что Николай с моей фамилией на стихи.ру уже есть, пришлось взять псевдоним! У вас есть пять минут?
Я: Эээээ... Но не больше, я спешу, простите.
Пиит: Да-да, конечно. Сейчас. Смотрите, я сейчас вот сюда встану и прочитаю вам свое стихотворение. А вы будете слушать. Тогда другие люди тоже придут слушать. А еще можно мне денежку вот сюда положить...
Я: У меня нет налички. Боюсь, вы картой не примете.
Пиит: Да? Ну ладно, главное послушайте. Но только так... вовлеченно, одухотворенно! Чтобы других привлечь обязательно! Ведь поэт не возникает на пустом месте! Вы не представляете, сколько душевных сил нужно, чтобы писать стихи! Сколько бессонных ночей! Сколько мучительных поисков рифмы! Ведь нужно же научиться сначала! Это сложно! Вы не представляете!
Я: Нет, не представляю.
Пиит: Ну вот! Сейчас! (Встает перед памятником, принимает позу.) Готовы?
Я: Конечно.
Пиит: Питер, Питер, Петербург!
Ты - поэту лучший друг!
Ты взываешь к небесам,
Петром Первым весь создАн!
(В таком же духе еще строф десять. Люди косятся и шарахаются.)
Ну вот, видите, видите? Никто даже не остановился! Никто не ценит русское слово! Что за народ?
Я: Спасибо, но мне правда пора.
Пиит: Обязательно найдите меня в сети! Почитайте! Ну это же хорошо, а? Хорошо! А то вон памятник, тоже поэт какой-то. И все эти толпы мимо него проходят, как проходят мимо меня! Найдите обязательно! Возможно, вы далеки от поэзии, но попробуйте! Вдруг в вашем сердце что-то шелохнется! Ведь вы же остановились! Поэзия - это сила!
Я: Спасибо еще раз. До свидания.
Пиит (вслед мне): Поэзия - это сила! Еще поймете!..
Билл: Вы что, шотландец? В космосе есть шотландцы?
Доктор: Везде есть шотландцы! Они требуют независимости от каждой планеты, на которую прилетают!
("Доктор Кто")
Тащусь от нового сезона с нечеловеческой силой.

Tags:

Чем не фанфик, а?

Летом я знатно упоролась и посмотрела за месяц без малого двадцать постановок "Гамлета" — спектаклей и кинофильмов, от классических до всяких странных. Среди прочего попалась вот эта, так сказать, жемчужина. Давно собиралась о ней написать, но никак не могла собраться. И вот наконец.
Итак: "Гамлет", Германия, 1920 год. Режиссер Свен Гад, в главной роли... Аста Нильсен. Фильм немой, с интертитрами. Видимо, изображение пропущено через фильтры, поэтому сцены в помещении выглядят красноватыми, уличные сцены вечером и ночью — голубоватыми, а уличные сцены днем — желтоватыми. Хотя пленка черно-белая, понятное дело. (Вспоминается бывшая у меня когда-то книжка "Джен Эйр" 1992 года издания — треть на желтой бумаге, треть на розовой, треть на голубой. Что нашли в нищей типографии, на том и напечатали.)
Происходит там следующее. Держитесь.

Готовы?Collapse )

* * *

Говорила: «Буду тебе женой...»
Говорила: «Верь мне, я не предам.
Буду нежной, бережной, кружевной,
Терпеливой, мудрой не по годам.
Напеку беспомощных пирогов,
Отнесу на свалку мешок старья,
Прогоню от дома твоих врагов,
Чтоб не смели врать, что они — друзья».

Говорила: «Буду тебе землей,
Чтоб цветы сажать и детей растить.
Буду ждать, сердиться, стирать белье,
Засыпать над книгой, прости прости
не хотела забыла когда спала
в голове запутались времена
что ты нет не больно не помню зла
не боюсь не плачу до дна до дна…»

Говорила: «Буду тебе змеей –
Подколодной, жалящей просто так.
Потому что это теперь мое,
Потому что я изнутри пуста.
Там для яда много укромных мест,
Там все жжется, крошится, как слюда.
Там клочки, обрывки – окно, подъезд,
Города какие-то, поезда».

Говорила: «Буду тебе никем.
Наконец я буду тебе никем.
Побреду по улице налегке –
С расписными шариками в руке.
Это красный. Лопнет – и будет гром.
Это синий. Древний, как сталактит.
Это желтый. Я заплачу добром.
А сиреневый – улетит…»

Tags:

* * *

…И однажды, когда обмелеет война

И иссякнет ее героин,

Наши дети очнутся от этого сна

Посреди величавых руин.


Будут долго стоять, озираясь во мгле,

Разгоняя привычный туман, —

А потом разбредутся по черной земле

И придумают строить дома,


И придумают петь, и возделывать сад,

И растить неземные цветы,

И читать между строк, и смотреть в небеса,

Замирая от их высоты.


И хранить каждый лучик, пока не погас,

Не щадя живота своего.

И не помнить, не помнить, не помнить про нас,

И не помнить про нас ничего.

Tags:

* * *

И.М.
"Тишина. Приготовились. Начали. Раз, два, три,
Ты в эфире". Опять я, дурочка, промолчу.
У меня однажды возникла дыра внутри -
Не могу ни зашить, ни вылечить. Не хочу.

И с тех пор - неясен, призрачен, невесом -
Открывается этот вот телемост, портал.
Ничего. Я знаю, знаю, что это сон, -
Но хотя бы так. Пусть будет хотя бы так.

И опять застынет музыка на весу,
И опять застрянут в горле не те слова.
Не переключайтесь! (О боже, что я несу?)
Оставайтесь с нами! Пожалуйста, остава…

Поменяйте голос, имя, в конце концов.
Я узнаю вас по поступи, по рукам...
Просто время, время смотрит, дыша в лицо,
Через свой бесстрастный, каменный "Betacam",

Как мечусь я здесь эти двадцать огромных лет,
Как зажмуриваюсь - и заново: раз, два, три…
Как без вас мне темно и холодно на земле…
"Ты в эфире, - мерцает лампочка. - Говори!"

Говорю, говорю - до беспамятства, до утра.
…Не могу ни зашить, ни вылечить. Ни простить…
"Всем спасибо". Заставка. Гаснут прожектора.
"Выше нос. Увиделись, ну же. Теперь пора".
Я проснусь на титрах. Их можно и пропустить.

Tags:

Начало - здесь.

"Название способа метания складывается из двух показателей: одной или двумя руками выполняется метание и названия той части тела, от которой бросают мяч".

Еще отборного бредаCollapse )


В общем, я это дочитала.
Большое искушение потребовать с издательства молоко за вредность. Аффтар, миленький, выпей йаду! (с)

Потеплело

У нас под окном какая-то зона пересечения энергетических полей, точно вам говорю. Там все время что-то происходит. Однажды подъехал белый лимузин (к нашему дому еще умудриться нужно лимузин этот протащить), из него вывалилась очень пьяная и очень зареванная невеста в полном облачении и босиком, швырнула под ноги огромный букет цветов и стала его яростно топтать босыми ногами, при этом, правда, сильно пошатываясь.
Прошлой весной, когда пришло первое ощутимое тепло, каждым поздним вечером выходили попить пивка два каких-то доморощенных интеллектуала и вели беседы на различные темы. "Писатели - самые большие дармоеды в мире. Художнику нужно иметь талант, не каждый намалюет так, чтобы было похоже. Музыкант вкалывает за своей балалайкой до посинения. Балерина ноги калечит. На худой конец, поэт хотя бы должен рифму подобрать, хоть какая, но работа. А писатель сидит и тупо делает то, чему в школе научили, - выводит буквы. И еще денег и славы за это хочет. Нет, ты в самом деле читаешь все эти толстые занудные книжки? Вот прямо берешь и читаешь? Если ты думаешь, что от этого кажешься умнее, то вынужден тебя разочаровать: ты кажешься напыщенным дебилом". (Очень грамотная, поставленная речь. Пьяный голос. Повышенные тона.)
А сегодня наблюдала, как девочка лет пяти-шести (на вид такая гламурная няша - розовый спортивный костюмчик, розовые кроссовки и белая шапочка) ругается с мамой.
Девочка: Почему ты так со мной поступаешь? Я что, не человек? Я что, не имею права на шаурму с колой? Где такое написано? Покажи мне!
Мама: Ты же спортсменка! Какая шаурма? Тебе что на это тренер скажет, а?
Девочка: Ага! А ты! А вы с папой! Тоже спортсмены ведь! А ночью вчера ели пиццу! Без меня! Думаешь, я не знаю?! Вы пиццу ели! НОЧЬЮ!
Мама: Да когда это?
Девочка: Перед тем, как целоваться начали!

Latest Month

June 2018
S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by chasethestars